«заступление», а «лань», поэтому надписание «al-’ayyelet haššar к Псалму 21 должно переводиться как «На мотив «Лань рассвета»».
При раскопках Угарита археологами была найдена аккадоязычная молитва к Иштар, в которой эта богиня именуется «светом на небосклоне» и «ланью гор». Можно предположить, что и гимн «Лань рассвета», на мотив которого должен был петься Псалом 21, адресовался к еврейскому аналогу аккадской Иштар – богине Аштарт или Анат (образы которых в I тыс. до н.э. в любом случае в значительной степени уже слились). В отношении гимна «Голубица далёких богов», упомянутого в надписании к Псалму 55, о подобном адресате можно говорить уверенно.
Птичий образ Анат хорошо засвидетельствован угаритскими текстами. Один из них рассказывает, как в поисках ушедшего на охоту Ваала «подняла крылья (tš’u knp) дева Анат, / подняла крылья и устремилась в полёте (wtr b‘p)» (KTU, 1.10.II.10—11). В поэме об Акхате она заявляет: «Среди орлов я буду летать (’arẖp)» (KTU, 1.18.IV.21), после чего сообщается: « [Среди] орлов летала (trẖp) Анат» (KTU, 1.18.IV.21). Ещё в одном тексте упоминается «Анат, птицей летящая («nt d’it rẖpt) в высоком небе» (KTU, 1.108.8).
В Еврейской Библии образами Анат и её сестры Аштарт могут быть навеяны два крылатых женских божества из Книги пророка Захарии, которые уносят Ашеру, отвергнутую её супругом Яхве, в вавилонское изгнание: «И поднял я глаза мои и увидел: вот, вышли две женщины, и ветер (или дух: ц ruaḥ) был в крыльях их, и крылья (kənap̄ayim) у них как крылья аиста, и подняли они зерновую меру между землёю и небом» (Зах. 5, 9). В Книге пророка Иеремии трижды (25, 38; 46, 16; 50, 16) встречается загадочное выражение «меч голубицы» (ḥereḇ hayyona), который Яхве напускает на своих врагов. (В Иер. 25, 38 масоретский текст даёт искажённое написание ḥaron hayyona, которое Синодальная Библия переводит как «ярость опустошителя», два других случая она переводит как «губительный меч». ) «Голубица» здесь может быть иносказательным именем неистовой воительницы Анат, а «меч голубицы» – идиомой, обозначающей яростную войну.
Особый интерес в этой связи представляет отрывок из 67-го Псалма, который в синодальном переводе гласит: «Господь даст слово: провозвестниц великое множество. / Цари воинств бегут, бегут, а сидящая дома делит добычу. / Расположившись в уделах своих, вы стали, как голубица, которой крылья покрыты серебром, а перья – чистым золотом» (Пс. 67, 12—14). От синодального значительно отличается перевод Септуагинты (Κύριος δώσει ῥῆμα τοῖς εὐαγγελιζομένοις δυνάμει πολλῇ, ὁ βασιλεὺς τῶν δυνάμεων τοῦ ἀγαπητοῦ, τῇ ὡραιότητι τοῦ οἴκου διελέσθαι σκῦλα. ἐὰν κοιμηθῆτε ἀνὰ μέσον τῶν κλήρων, πτέρυγες περιστερᾶς περιηργυρωμέναι, καὶ τὰ μετάφρενα αὐτῆς ἐν χλωρότητι χρυσίου), которому точно следует церковнославянский перевод («Господь дастъ глаголъ благовѣствующымъ силою многою: царь силъ возлюбленнаго, красотою дому раздѣлити корысти. Аще поспите посредѣ предѣлъ, крилѣ голубинѣ посребренѣ, и междорамiя ея въ блещанiи злата»).
Как было нами показано ранее[23], Псалом 67, который иногда называют самым сложным текстом Еврейской Библии, изначально представляет собой гимн в честь победы Ваала над богом смерти Мотом и силами загробного мира. Мы не будем здесь пытаться восстановить первоначальный текст стихов 12—14 (это предприятие, по всей видимости, безнадёжное), отметим лишь, что в них говорится о разгроме вражеского войска. В первом стихе «Господь» (’adon – один из эпитетов Ваала, присвоенных Яхве), вероятно, объявляет о нём через «провозвестниц» или, точнее, просто «вестниц» (haməḇaśśərot).
Угаритские тексты изображают Анат в качестве вестницы, используя при этом слова того же корня (означающего обычно добрую весть), что и еврейское məḇaśśərot. В поэме о любви Ваала и Анат последняя, родив сына Ваала, поднимается на гору Цафон и провозглашает: «Добрую весть (bšrt) приношу я, боже, добрую [весть (bšr) для Ваа] ла, / и добрую весть (bšr) для сына Дагана, / ибо вол у Ваала родился, / и тур у Скачущего на облаках» (KTU, 1.10.III.34—37). В поэме о строительстве дома для Ваала Анат от имени Эла и Ашеры («вестницей далёких богов») приходит к Ваалу на Цафон, чтобы объявить ему, что строительство разрешено: «Прими радостную весть (tbšr), о Ваал! / Радостную весть тебе (bšrtk) приношу я» (KTU, 1.4.V.26—27). На этом основании можно предположить, что Анат является «вестницей» и в Пс. 67, 12 (возможно, вместе с Аштарт).
В стихе 13 трудность представляет выражение nəwat-bayit, которое Синодальная Библия переводит как «сидящая дома». Этот перевод следует традиции, понимающей слово nəwat как имя в сопряжённом состоянии, родственное слову с корнем nwh в значении «местонахождение», «жилище». Согласно другой традиции, слово nəwat образовано от корня n’wh (с элизией алефа) и означает «краса». Именно так его понимает Септуагинта, переводя nəwat-bayit как τῇ ὡραιότητι τοῦ οἴκου. Это второе понимание предпочтительнее, поскольку сочетается с упоминаемой в следующем стихе голубицей, украшенной серебром и золотом. «Краса дома» делит добычу обращённых в бегство Ваалом «царей воинств», что позволяет видеть в ней всё ту же воительницу Анат.
Слово bayit может означать как дом, так и храм. Второе более вероятно, потому что представляющая, по всей видимости, его «красу» голубица с серебряными крыльями и золотыми перьями из стиха 14 определённо не является обычным животным. На связь голубок с храмами женских божеств указывают иконографические материалы. Согласно одному из вариантов рассказа о гибели царя Саула, филистимляне «положили оружие его в храме Аштарт (bet-«aštarot), а тело его повесили на стене Беф-Сана» (1 Цар. 31, 10). Слово «aštarot используется девтерономическими авторами в качестве общего обозначения женских божеств так же, как слово ba‘alim – в качестве общего обозначения мужских (неяхвистских) божеств. При археологических раскопках в Бет-Шеане (Беф-Сане) была найдена глиняная модель храма XII в. до н.э., в окне которого изображена богиня с птицами (вероятно, голубками) в руках. Известны модели ханаанейских храмов женских божеств более позднего времени, на фронтонах которых представлены голубки.
Модель храма из города Бет-Шеан, XII в. до н.э.
Имеются связанные с женскими божествами изображения голубок и иных видов. В израильском городе Хацор была найдена ложка из слоновой кости для елея VIII в. до н.э., на лицевой стороне которой представлена пальма, а на обратной – лицо богини, по обеим сторонам от которого изображены голубки.[24] Из иудейского города Лахиша VII в. до н.э. происходит скарабей с изображением голубки и лунного серпа. В одной из погребальных пещер в том же городе были обнаружены две терракотовые фигурки голубок. Сходные фигурки, представляющие женское божество, известны из находок в захоронениях и жилых домах Иерусалима и других мест в Иудее.
Скарабей и терракотовая фигурка из города Лахиш, VII в. до н.э.
На основании сказанного можно сделать вывод, что «вестница», «краса дома» и «голубица» в ст. 12—14 Псалма 67 обозначают богиню Анат (возможно, вместе с богиней Аштарт). Она также именуется «голубицей далёких богов» в надписании к Псалму 55 (и, вероятно, «ланью рассвета» в надписании к Псалму 21). Следовательно, авторам и ранним исполнителям 21-го и 55-го Псалмов были хорошо известны гимны в честь богини Анат, которые они считали законной частью своей религии.
Модель храма из Заиорданья, IX – VIII вв. до н.э.
Дополнение 2. Шеол – иудейская богиня загробного мира
Самым распространённым обозначением загробного мира в Еврейской Библии (всего встречается 65 раз) является слово šə’ol, которое всегда употребляется без артикля, т.е. является именем собственным, и обычно согласовывается как слово женского рода. Уже на этом основании можно подозревать в нём имя женского божества. Материалы других семитских языков оправдывают такое подозрение. По всей видимости, еврейское слово šə’ol родственно имени богини Шувалы. Впервые в письменных источниках она как dšu-a-la упоминается в документах III династии Ура (кон.
